Laura Williams, она же Лора Уильямс или Шпиленок (llorax) wrote,
Laura Williams, она же Лора Уильямс или Шпиленок
llorax

Как я попала в Россию. Вкратце.*

Russian only

Me and Kelly
Мы с собакой Келли, когда мне было 12 лет.  Me with our dog Kelly at the age of 12.

Как часто рассуждает один из моих знакомых, наверное, всё было заложено в Программе давным давно.  Только я об этом не знала.  В детстве я любила животных.  Родители боялись заходить ко мне в комнату из-за неприятного запаха от большого количества мелких животных:  хомячка, морской свинки, крыс (которых я спасала от школьного научного эксперимента), ящериц, раков-отшельников, рыбок и других.  Позже развлечение с мелкими животными переросло в развлечение с теми, кто покрупнее:  собаки, пони, лошади.  С отцом любила ходить в походы в Скалистых горах, сплавляться по перекатам горных рек.

Когда мне было 13, я уже надумалась спасать мир Природы.  Только еще не знала как.  В то время ученые начали говорить о кислотных дождях, об озоновой дыре, о парниковым эффекте.  Только никто не слушал.  В школе учила французский, и в двенадцатом классе уже знала его почти в совершенстве.  На втором курсе университета я определила специальность:  международное право в области охраны природы.  Только такой специальности тогда не было.  Но добрая академическая комиссия разрешила мне скомпоновать курсы из разных факультетов: биологии, экологии, иностранных языков, международного государственного права.  Настала пора выбирать второй иностранный язык.  Только не знала какой: китайский, испанский, русский?  Весь мир на ладони.

Русский…я романтично размышляла.  Большое белое пятно, и на карте и в моем сознании.  Я ровным счётом ничего не знала про эту страну, разве то, что она была сверхдержавой, и еще что она была очень большой.  Значит, решила я, природы должно быть у нее много.  Еще за два года до этого весь мир узнал про Чернобыль, значит, у неё и большие проблемы.  Я подумала, что раз Россия важный игрок на мировом поле, значит мы должны с ней работать, чтобы решать глобальные экологические проблемы.  Как свойственно молодым людям,  я мыслила масштабно.

На второй день занятий по русскому языку, студенты начали обсуждать Горбачёва и перестройку.  1988 год.  А я наивно спросила:  «А что такое перестройка?»  Преподаватель-аспирант дара речи лишился.  Потом: «Лора, за чем ты учишь русский?»  Я объяснила, что Россия большая мировая политическая сила, экологических проблем много (я тогда и не могла себе представить сколько здесь дикой природы – до нас только доходила информация о разливах нефти, о ядерных авариях, о загрязнении воздуха и вымирании леса от кислотных дождей), и что мне необходимо говорить с экологами России на одном языке.

Проблема была только в одном.  Уроки по русскому начинались каждый день в 8 утра.  А я всегда любила спать по утрам (поэтому, наверное, пришлось стать писателем, а не фотографом), особенно когда всю ночь с друзьями гуляла.  Вот и прогуливала большинство уроков русского языка.  Когда преподаватель начал возмущаться, я объяснила ему мою проблему.  На что он предложил встречаться со мной после обеда два раза в неделю, заниматься русским в удобное для меня время, да и еще в кафешке напротив моего общежития, где продавались вкусные булочки и кофе.  Первый год мы так и занимались, а на следующий год у меня был другой преподаватель и время начала занятий было более приемлемым для моего молодого организма.  Но с первым моим преподавателем мы остались хорошими друзьями.  Он мне посоветовал после третьего курса поехать летом по языковому обмену в Ленинград (1990 г.), что я и сделала.  После двухмесячной стажировки я так влюбилась в эту страну и ее людей, что искала любую возможность возвращаться сразу после окончания университета.  Я нашла работу, связанную с разными международными природоохранными проектами и стала приезжать в Москву довольно часто.

В 1993 году, американский филиал Всемирного фонда дикой природы (WWF) предложил мне организовать проект по оценке состояния биоразнообразия в России с целью выявления потенциальных направлений работы фонда.  Я переехала в Москву в 1993 году, когда мне было 23 года.  Я привлекала к проекту российских биологов и специалистов в области охраны природы.  В течение года с помощью экспертов по всей России мы составили портфолио благотворительных проектов по сохранению биоразнообразия страны.  Основным стержнем программы была система заповедников, которая в начале девяностых переживала серьёзный финансовый и идеологический кризис.  Также были проекты по сохранению редких видов, например, амурского тигра, европейского зубра и белого медведя.

Впервые я познакомилась с Игорем Шпиленком, когда летом 1993 года он привез в Москву заявку на рассмотрение фонда из заповедника «Брянский лес», где он тогда работал директором.  Заявка была на поддержку создания центра экологического просвещения для взаимодействия с местным населением, проживающим вблизи заповедника.  Меня тогда поразило то, что среди более трехсот заявок, полученных от особо охраняемых природных территорий страны в том году, он один просил средства на экопросвещение.  Все остальные заявки были на приобретение оружия, снаряжения и другой техники для охраны заповедников или на научную работу.  И еще я удивлялась, почему он заявку привёз сам, ведь можно было её прислать по почте или по факсу.  На что он ответил:  «Ближайший от нас факс находится в Киеве, а мне легче было приехать в Москву».

Через два года нам удалось найти средства от WWF Голландии на реализацию проекта в Брянском лесу, и в 1995-1996 годах состоялось строительство экопросветительского центра в центральной усадьбе заповедника.  В январе 1997 года Игорь пригласил меня на торжественное открытие центра.  Всё было организовано хорошо: пресс-конференция, приезд губернатора, экскурсия по зимнему лесу со встречей со зверями, теплый вечерний приём с местным бальзамом на семнадцати травах Брянского леса.  После приёма наша маленькая делегация уезжала, сначала на двухчасовой электричке до Брянска, потом с пересадкой на ночной поезд в Москву.  Когда Игорь отвёз нас на станцию, перед посадкой он вдруг мне сказал:  «Раз мы проект закончили, давай теперь сюда переезжай и возглавляй отдел экопросвещения и новый центр. Могу тебе предложить самую высокую госставку – $60 в месяц!»

Я посмеялась.  Мне нравилась работа в WWF в Москве, и зарплата у меня была не маленькая, да и пошутил он, наверное.  Мы попрощались, и электричка поехала в Брянск.  Через час с другого конца вагона начали раздаваться крики.  К нам подбежала отчаянная женщина и попросила помочь, сказала что там женщина рожает.  Мы с датской коллегой помчались ей на помощь.  Если опять-таки коротко*, мы приняли у неё уже начавшиеся роды и через десять минут высадили её с новорожденной девочкой и охваченным паникой мужем на станции на тридцатиградусном морозе, где новую семью уже ждала машина скорой помощи.  Мы с датчанкой вернулись на свои места в шоке – всё произошло так быстро! – и принялись выпивать за здоровье ребёнка, вытащив из сумки бутылку бальзама, подарок от Игоря.

На следующее утро, еще под сильным впечатлением произошедшего в ночном вагоне, я позвонила Игорю в заповедник и рассказала, что случилось.  Мне показалось, что это был знак о том, что нужно начать новую жизнь.  Я спросила его, в силе ли еще его предложение, и, если да, то я готова переехать в Брянский лес на работу.  Он обрадовался, сказал, что если американка будет помогать защищать Брянский лес, то местные жители уж точно одумаются и обратят внимание на эту проблему.

Через два месяца я загрузила все свои вещи, одну кошку, и один цветок алоэ в мою старую шестёрку и переехала в Брянский лес, где и живу по сей день.  И хотя я приехала по работе, осталась по любви – любви к заповедной природе и заповедным людям здешних мест.  Из городской девушки с детской мечтой помочь спасти окружающую среду в глобальном масштабе, я превратилась в женщину деревенскую и посвятила себя защите и сохранению леса, который начинается прямо от моего дома.

Наверное, это судьба.

* Вкратце потому, что если долго рассказывать, получится целая книга, а такую книгу я уже написала, правда на английском.  Поэтому, если кому-то интересно узнать подробнее, придется:  1) дождаться перевода и публикации моей книги (возможно, вечность); или 2) выучить английский язык (меньше, чем вечность); или 3) если знаете английский, то проблем нет, вот она вся история в подроностях: Amazon.com или Ozon.ru.
Tags: the storks' nest, ностальгия, обо мне
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 79 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →